Алмагуль Менлибаева: «Рисунок – это инструмент коммуникации и проявление заботы»

История художницы, которая живет в Германии и открывает казахстанское искусcтво для международной аудитории

    поделиться
Автор: Зульфия Раисова 17-08-2021

 

На фото: Сары Кобелек. Almagul Menlibayeva. Художественная фотография. 2013

Алмагуль Менлибаева – одна из самых востребованных современных художников Казахстана. Она рассказала почему искусство уничтожает любые границы и для чего важно современное кочевничество в работе художника.

- Почему Вы решили стать художницей?

- В начале я рассматривала эту профессию, как побег от социума. Но позже я оценила, что в профессии художникa есть право на свободомыслие. Творчество вполне может стать частью внутренней духовной работы над собой. В детстве у меня получалось хорошо рисовать. Однажды, я помогла подруге успешно сдать финальный экзамен по рисованию за четыре года обучения в художественной школе. Для меня это стало доказательством того, что в этой профессии я могу быть успешной самостоятельно. В детстве мы жили с мамой вдвоем. Она много работала. У меня с мамой был договор, что пока она работает, я рисую, шью, конструирую. Бывало, после работы она приходила усталая. Мои рисунки ее отвлекали. Тогда я решила для себя, что рисунок – это инструмент коммуникации и проявление заботы. 

 

- С какими трудностями столкнулись на пути становления международного художника? 

- Я столкнулась с тем, что у людей за рубежом слабое представление о культуре и истории Казахстана. Во многом это наше упущение.

 

- В связи с чем Вы решили переехать в Европу. Это связано с тем, что в Казахстане уровень развития искусства оставляет желать лучшего? 

- Скорее наоборот, я современный кочевник – это моя миссия, часть моей художественной практики. Я хочу, чтобы современное искусство Независимого Казахстана взаимодействовало глобально. Есть очень большая необходимость быть медиатором как за рубежом, так и для Казахстана внутри. Искусство – одна из самых разнообразных форм взаимодействия и переосмысления. Оно уничтожает любые границы. В современном искусстве главное не оставаться на одном месте, иначе создается местничество и интеллектуальная коррупция. 

 

Искусство уничтожает любые границы

- А что вас вдохновляет на творчество?

- Меня вдохновляет одна история. Когда одному казахскому хану молодой акын рассказал о смерти сына хана через исполнение казахского музыкального произведения – кюя «Аксак Кулан» без единого слова. За плохие новости в те времена заливали горло свинцом. Рассказ традиционным способом гонцу стоил бы жизни. Искусство его спасло. Эта история демонстрирует нам, как искусство было тесно связано в коммуникации. Пожалуй, такого уровня откровения и чувствительности сейчас к искусству нет. 

 

- Есть ли у вас миссия, которую Вы пытаетесь пронести через каждую свою работу? 

- Да, конечно. Развивать культурный диалог. 

 

- А какими работами Вы гордитесь больше всего?

- Некоторые работы провоцируют меня на пересмотр моих взглядов. Например, съемки видео-проекта «Трансоксианские сны» в 2011 году. Работа посвящена Аральскому морю. Увидеть своими глазами одно из самых больших экологических катастроф истории, собирать материал о нем, взаимодействовать на месте с местными жителями, геологами, учеными, историками в корне изменило мое мнение о, так называемом, прогрессе. После него я была готова взяться за экологию и травматический опыт Ядерного Полигона в проекте «Курчатов 22» и сделать из него многоканальную видео – инсталляцию. Это история о мертвых землях, которые сыграли огромную роль в мировом контексте. Эти работы помогли мне пересмотреть культурную геополитику, которая была навязана колониальным мышлением. Я строю концепцию для искусства Независимого Казахстана. Считаю эти темы важными и глобальными. Они поднимают серьезные вопросы, а чтобы их продолжать решать нужны более сложные идентичности, которые должны сформироваться в Казахстане.

- Каким образом идет продажа Ваших работ?

- В последние годы экономическая глобализация повлияла на процесс экономики в самом арт-рынке, появились новые возможности взаимодействия у художника со зрителем и покупателем. Сейчас не так важна необходимость принадлежности к какой-то физической галерее, как раньше. Неважно в каком городе или отдалённом месте коллекционер или художник живет. Я продаю свои работы онлайн коллекционерам, также через сотрудничество с галереями и независимыми арт-дилерами. Существуют разные способы для продажи работ.

 

- Как Вы оцениваете стоимость той или иной работы?

- Моя цена устанавливалась в процессе взаимодействия с международным рынком. Рыночная стоимость строится на биографии художника, какое признание и участие в международных выставках, биеннале или триеннале. Мой финансовый доход только от продаж моего искусства, я ничем другим не занимаюсь, считаю – это благородное дело. Я дорожу своим временем.

Мой финансовый доход только от продаж моего искусства

- Насколько, на Ваш взгляд, отличается арт-сцены и рынки в Европе и Казахстане? 

- Конечно, разница есть и большая. Но я смотрю с оптимизмом. Разнообразная арт-сцена и активный арт-рынок – это результат многих механизмов и систем, которые создают ценности. В этом заняты многие, и не только одни художники. У нас есть скрытая коллективная травма: когда частное владение произведений искусства в советское время было запрещено идеологией. Поэтому, этo наследие до сих пор формирует характер нашего арт-рынка и отношения к культуре владения искусством и идеями. Казахстанское современное искусство слабо покупается, но искусство советского периода и похожие альтерантивные варианты продаются легче по одной простой причине: в менеджмент пропаганды советской пропаганды было вложено максимум ресурсов, и не удивительно, что все это до сих пор работает. 

 

 

На фото: Видео-инсталляция "Трансформация" в Гранд Палле Париж Франция© Aldo-Paredes-Transformation-RMNGP. Almagul Menlibayaeva

- Какую особенность вы можете выделить в казахстанском творчестве, если сравнить его с международным? 

- Оно уникально и в нем есть потенциал, но оно закрыто к процессу взаимодействия с глобальным разнообразием, а это огромная проблема.

 

- Как начать понимать замысел автора?

- Мне кажется, что понять помогает дискуссия с автором.

 

- Над каким проектом вы работаете сейчас?

- Я работаю над совместным фешн-проектом со стилистом и модельером Жанарой Мирзажановой. Для меня это очень интересный проект.

КОММЕНТАРИИ
0
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Аяна Аскарбаева: «Ручная работа всегда будет в цене»

История экономиста, который нашел свое призвание в керамике

Мадина Карсакпаева: «Я словно птица Феникс — восстаю из пепла»

Как человек с инвалидностью формирует инклюзивное общество

Самат Панов: «Понятие успеха для каждого индивидуально»

Во время бега приходят гениальные мысли. Например, создание бизнес-курса

Лина Овсянникова: «Теннис – моё предназначение»

Делимся с вами вдохновляющей историей успеха яркой, открытой и невероятно трудолюбивой героини нашей рубрики «Люди дела».

Гаухар Киикова: «Задача родителя – быть поддержкой ребенку»

Председатель ОО «Институт детства OYNA»  Гаухар Киикова рассказала, чем отличаются американские и казахстанские школы

 

 

Подписаться на рассылку
Подписывайтесь на рассылку свежих материалов от нашего сайта и будьте знакомы с интересными людьми нашей страны, а также полезными рекомендациями и лайфхаками!